Мы-ы-ыши!

ЦАРСТВА-ГОСУДАРСТВА

Значимые эпизоды с участием мышей поражают массовостью. Как правило, абсолютно далёкие от всяких грызунов сказочные герои так или иначе вступают в контакт с целым мышиным государством. Причём этот контакт может продолжаться и как слегка заинтересованное созерцание мышиных нравов и обычаев, и как взаимовыгодное сотрудничество, и как серьёзная война.
Самой страшной сказкой здесь, конечно, будет «Щелкунчик и Мышиный король»: у Гофмана мыши выступают в качестве массовой Силы Зла и вредят героям по поводу и без повода на протяжении всего исторического времени сказки, причём, согласно законам романтического двоемирия, они то устраивают кровопролитные сражения, то осуществляют пищевые диверсии. Интересно ещё и то, что историей мышиной вражды Гофман связывает воедино несколько временных пластов и несколько уровней повествования.
Напротив, мышей добрых и полезных мы встречаем в сказочной повести А.М.Волкова «Волшебник Изумрудного города»: королева полевых мышей Рамина, как одна из добрых волшебниц, оказывает героям помощь и поддержку.
Вполне мирное мышиное государство, празднующее свадьбу, наблюдает мальчик Яльмар в одну из ночей с участием Оле-Лукойе. Впрочем, Андерсен рисует не столько мышей, сколько своих идейных противников — мещан, в борьбе против которых все средства хороши, поэтому мелкие зверьки комически предаются тщеславной суете, а читатель вместе с Яльмаром вынужден снисходительно созерцать «мышиную возню».
Наконец, весь спектр возможных взаимодействий с подвальной мышиной страной (от конфронтации и военных действий до примирения и всеобщей дружбы) описан Эдуардом Успенским в повести «Гарантийные человечки». Разумеется, мышиный мир Успенского чрезвычайно напоминает известное нам государство, где самые нелепые распоряжения властей обязательны к безоговорочному выполнению, а полуголодное серое население мечтает о сосисках.
Стало быть, отдельные венценосные представители многочисленных мышиных царств иногда оказываются великими или не слишком великими злодеями, образы которых позволяют авторам разветвлять и удлинять повествование, иногда встают в ряд добрых и мудрых помощников; а персонажи помельче, не такие титулованные, либо ведут себя как самодовольные мещане (у Х.К.Андерсена), либо как шаловливые дети, либо являются в шаржированном облике «маленьких людей», представителей комической «великой державы» (Мышкин и Подмышкин у Э.Успенского).
Следует напомнить, впрочем, что воюющее мышиное государство развлекало и смешило ещё очень древних греков: «Война мышей и лягушек», или «Батрахомиомахия», приписываемая Пигрету Карийскому, создана в конце VI — начале V века до н.э. В круг детского чтения этот текст, пожалуй, всё-таки не входит, как и «Лягушкомышатник» («Der Froschmaeuseler») Георга Ролленхагена (вторая половина ХVI века). Однако довольно забавная русская версия этой истории частично реализована Василием Андреевичем Жуковским. Обещанная война, кстати, в тексте Жуковского так и не наступает, но ещё до войны мышиный царевич рассказывает лягушиному правителю самые древние мышиные истории. Во-первых, это рассказ о том, как неопытный мышонок был напуган горланом-петухом и очарован мурлыкой-котом. (Напомним, что эту же историю Лев Толстой изложил для молодых яснополянских читателей, поскольку она ужасно поучительна.) Во-вторых, это знаменитая притча о льве, попавшем в сеть и спасённом мышью, которую в своё время он не стал есть. (Лев олицетворяет благородную снисходительность к малым сим, мышка — способность помнить добро и платить за него соответствующим образом; а в качестве персонажа этой истории мышь выступает лишь потому, что является полной внешней противоположностью льва: большой — маленькая, сильный — слабая, царственный — робкая и т.п.) В-третьих, Жуковским воссоздаётся давно бытующий и на Руси сюжет «Мыши кота хоронили», в котором мыши выглядят существами недальновидными и глуповатыми.

МЫШЬ КАК ОБЪЕКТ ПЕДАГОГИЧЕСКОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ

Какой бы страховидной ни казалась мышь некоторым слабонервным дамам, писатели и даже писательницы её, тем не менее, очень любят. Дело в том, что маленький зверёк — беспомощный, беззащитный и глупый — представляет собой идеальный пункт приложения воспитательных инициатив. Довольно часто мышонок выступает в качестве условного героя, которому «взрослые» персонажи и обстоятельства преподают нравственный урок. В книжках, адресованных, как правило, самым маленьким читателям, мышиный детёныш является условным аналогом «ребёнка вообще» и наделяется специфически «детскими» признаками — неопытностью, безответственностью и неадекватной самооценкой. Пример — герой сказки Софьи Прокофьевой «Невоспитанный мышонок», с которым никто не хотел дружить до тех пор, пока он не научился вежливо здороваться.
Следует заметить, что в подобных ситуациях столь же часто оказываются другие мелкие зверята: зайчики, котята, поросята… Цель автора такой истории — не рассматривать мышиные проблемы, а энергично воспитывать ребёнка-читателя или, чаще, ребёнка-слушателя. Мышонок же является подходящим объектом воспитания лишь по причине своей мелкомасштабности: он полностью зависит от «больших» или «старших», им удобно манипулировать.
Лишь большому писателю под силу превратить условного мыша-малыша в полноценного (пусть даже и вовсе не «положительного») героя. Безусловный шедевр — «Сказка о глупом мышонке» С.Я.Маршака, в которой выведен легко узнаваемый и при этом безукоризненно самобытный персонаж.

Кошки-мышки

Довольно часто мыши появляются в «кошачьих» историях — как правило, в роли объекта охоты или предмета кошачьих мыслей. Любая кошка в любой сказке так или иначе думает о мышах — будь то героиня сказки Эгона Матиесена «Киска с голубыми глазами», которая ищет «страну, где много мышей», или кот Матроскин, обиженно фыркающий в ответ на замечание:«Некоторые, между прочим, и мышей едят».

Текстов, содержащих сюжетный мотив «кошки-мышки», довольно много, и мы упомянем только два: «Приключения сдобной Лизы» Виктора Лунина, где многочисленные мыши (в порядке восстановления исторической справедливости) едва не сгрызли кошку (выпеченную из теста) и «Как мыши кота хоронили» Николая Заболоцкого — остроумное переложение лубочной истории (тот же сюжет использован и В.А.Жуковским).

Есть ещё одна невероятно поучительная история о том, как доверчивые мыши выбрали себе в правители (или в игумены) кота… Этот сюжет обработан Н.Д.Телешовым в сказке «Покровитель мышей». Здесь мышиная стая является аллегорией человеческого общества, поднимается вопрос о взаимоотношениях избирателей и власти, о неспособности избранного лица избавиться от приобретённых ранее антиобщественных привычек…

Делать выводов мы, пожалуй, не станем. Заметим только, что в назидательных историях, притчах и баснях мыши прекрасно играют роль «маленьких людей» со всеми их характерными свойствами и качествами.

Рассказ кошка и мышка

В доме номер пять по улице Космонавтов, на третьем этаже в квартире сто двадцать четыре жила кошка по имени Белка. Хозяева ее очень любили, баловали всячески, игрушки новые покупали.

Но больше всех Белку любила маленькая девочка Таня. Она даже кошку с собой в кроватку забирала на ночь. Бывало, приснится Танечке сон страшный, она встанет, обхватит Белку обеими ручками и тянет с собой. А кошка тому только рада.

Но как-то раз пошла Танечка с мамой в зоомагазин и принесла оттуда домой… мышку. Маленькую, беленькую в клетке с колесиком. Белка, как ту мышь увидела, так чуть в обморок не грохнулась.

Где это видано, чтобы мыши в доме на полном довольстве жили? Их положено ловить, мышеловками или котами.

А мышь эта в добавок еще и наглая оказалась. Вот уснут все в доме, свет погасят, уснет и Белка, мышь из клетки потихоньку выбирается и начинает по комнатам шастать, порядки свои наводить. Однажды Белка ее на кухне застукала перед мешком с крупой манной. Погналась было за ней, да не успела. Мышка на стену забралась, по стене на потолок, а по потолку обратно в спаленку к Танечке и к себе в клетку. Дверку затворила и сидит, не шевелится. Вроде и не безобразничала вовсе.

По справедливости

Задумала тогда Белка мышь эту изловить и съесть. Нет мыши — нет проблемы. Дождалась ночи темной, безлунной и притворилась спящей. Мышка только в кухню свой носик острый сунула, только к мешку с крупой подобралась, тут-то Белка ее и сцапала.

Зажала между лап, вот-вот проглотит. Уже и зубы острые раскрыла. А как на зверька этого крохотного посмотрела, так весь аппетит мигом и пропал. Жалко стало Белке свою хозяйку. Как же она горевать будет по мышке, бедняжка? И отпустила грызуна. Так вот, толи мышь свою оплошность поняла, толи перепугалась до смерти, но с тех пор она фокусы больше не выкидывала. Сидела в клетке смирно и по дому ни-ни.

Царства и государства

Значимые эпизоды с участием мышей поражают массовостью. Как правило, абсолютно далёкие от всяких грызунов сказочные герои так или иначе вступают в контакт с целым мышиным государством. Причём этот контакт может продолжаться и как слегка заинтересованное созерцание мышиных нравов и обычаев, и как взаимовыгодное сотрудничество, и как серьёзная война.

Самой страшной сказкой здесь, конечно, будет «Щелкунчик и Мышиный король»: у Гофмана мыши выступают в качестве массовой Силы Зла и вредят героям по поводу и без повода на протяжении всего исторического времени сказки, причём, согласно законам романтического двоемирия, они то устраивают кровопролитные сражения, то осуществляют пищевые диверсии. Интересно ещё и то, что историей мышиной вражды Гофман связывает воедино несколько временных пластов и несколько уровней повествования.

Напротив, мышей добрых и полезных мы встречаем в сказочной повести А.М.Волкова «Волшебник Изумрудного города»: королева полевых мышей Рамина, как одна из добрых волшебниц, оказывает героям помощь и поддержку.

Вполне мирное мышиное государство, празднующее свадьбу, наблюдает мальчик Яльмар в одну из ночей с участием Оле-Лукойе. Впрочем, Андерсен рисует не столько мышей, сколько своих идейных противников — мещан, в борьбе против которых все средства хороши, поэтому мелкие зверьки комически предаются тщеславной суете, а читатель вместе с Яльмаром вынужден снисходительно созерцать «мышиную возню».

Наконец, весь спектр возможных взаимодействий с подвальной мышиной страной (от конфронтации и военных действий до примирения и всеобщей дружбы) описан Эдуардом Успенским в повести «Гарантийные человечки». Разумеется, мышиный мир Успенского чрезвычайно напоминает известное нам государство, где самые нелепые распоряжения властей обязательны к безоговорочному выполнению, а полуголодное серое население мечтает о сосисках.

Стало быть, отдельные венценосные представители многочисленных мышиных царств иногда оказываются великими или не слишком великими злодеями, образы которых позволяют авторам разветвлять и удлинять повествование, иногда встают в ряд добрых и мудрых помощников; а персонажи помельче, не такие титулованные, либо ведут себя как самодовольные мещане (у Х.К.Андерсена), либо как шаловливые дети, либо являются в шаржированном облике «маленьких людей», представителей комической «великой державы» (Мышкин и Подмышкин у Э.Успенского).

Следует напомнить, впрочем, что воюющее мышиное государство развлекало и смешило ещё очень древних греков: «Война мышей и лягушек», или «Батрахомиомахия», приписываемая Пигрету Карийскому, создана в конце VI — начале V века до н.э. В круг детского чтения этот текст, пожалуй, всё-таки не входит, как и «Лягушкомышатник» («Der Froschmaeuseler») Георга Ролленхагена (вторая половина ХVI века). Однако довольно забавная русская версия этой истории частично реализована Василием Андреевичем Жуковским. Обещанная война, кстати, в тексте Жуковского так и не наступает, но ещё до войны мышиный царевич рассказывает лягушиному правителю самые древние мышиные истории. Во-первых, это рассказ о том, как неопытный мышонок был напуган горланом-петухом и очарован мурлыкой-котом. (Напомним, что эту же историю Лев Толстой изложил для молодых яснополянских читателей, поскольку она ужасно поучительна.) Во-вторых, это знаменитая притча о льве, попавшем в сеть и спасённом мышью, которую в своё время он не стал есть. (Лев олицетворяет благородную снисходительность к малым сим, мышка — способность помнить добро и платить за него соответствующим образом; а в качестве персонажа этой истории мышь выступает лишь потому, что является полной внешней противоположностью льва: большой — маленькая, сильный — слабая, царственный — робкая и т.п.) В-третьих, Жуковским воссоздаётся давно бытующий и на Руси сюжет «Мыши кота хоронили», в котором мыши выглядят существами недальновидными и глуповатыми.

Сказка про кота и мышку Нафаню

Завелась в одном доме Нафаня. Ну и чудила же она! К примеру, утром проснутся все — смотрят на столе пирог ореховый вечером стоял, а сейчас нету. Одни крошки остались. Дивуются — кто же это безобразничал? А папа говорит:
— Наверное Нафаня.

Услышала об этом кошка Дашка и думает: «Вот это да! Что же это за Нафаня такая? Неужто мышь?»

На другой день, кто-то измалевал в комнате все обои. Оранжевыми красками, синими и красными. Взрослые, как увидели, так чуть в обморок не упали. Папа говорит:
— Ну и кто же это сделал?

Тут маленький мальчик Ванечка, тихонько отвечает:
— Нафаня…

Тогда папа говорит:
— Вот-так Нафаня у нас завелся! Пироги ест, обои малюет. Что-то дальше будет?

А кошке Дашке уже совсем страшно стало. Что же это за мышь такая, шибко грамотная?

Прошло еще несколько дней и к утру родители обнаружили на кухне стульчик, приставленный к верхней полке. А на верхней полке лежала целая коробка шоколадных конфет. Так вот теперь в коробке ни одной конфетки не осталось.

Папа говорит:
— Ну и разошелся же наш Нафаня! Наверное, нужно меры принимать.
А кошка Дашка думает себе: «Очень удачно у нас эта мышь завелась! Можно созорничать, и на нее все свалить». Прокралась Дашка вечером в кухню, открыла холодильник, достала здоровенный кусок сыра и съела.

Наутро, когда пропажа обнаружилась, папа и мама руками всплеснули:
— Дашка! Да, где же это видано, чтоб коты по холодильникам рыскали! — и наказали кошку.

Сидит она бедная в чулане и понять ничего не может. Почему это, как конфеты и пироги есть — так значит Нафаня, а как сыр, так сразу Дашка виновата?

Детство и юность Беатрис

Мир знает Беатрис Поттер по историями о милых кроликах, мышках, уточках и котах и по не менее милым зарисовкам их сказочной жизни, так мало, в целом, отличающейся от жизни обычных людей. Страстью Беатрис в детстве и юности было рисование. Это увлечение поощрял ее отец Руперт, водивший дочь по выставкам и музеям. Такое занятие считалось вполне подходящим для девочки из хорошей, зажиточной семьи. Беатрис начала рисовать своих питомцев, а затем переключилась и на другие предметы, например, садовые инструменты или небрежно брошенную пару ботинок. Вскоре, однако, появилось и параллельное увлечение, целиком поглотившее молодую девушку: микология. Поттер как одержимая рисовала грибы, в частности, поганки. Всего же она создала около 400 грибных скетчей. Она изучала их с помощью микроскопа своего брата: Беатрис интересовало, как именно размножаются грибы. Со временем она научилась сама выращивать грибы из спор и даже представила свой труд в виде научной работы, однако стать частью академического сообщества ей помешал … пол. Ученые мужи не проявили должного интереса к исследованию Поттер. То ли по этой причине, то ли просто из-за потери интереса она вскоре забросила микологию.

Маленькая Беатрис со спаниелем Спотом. (i.pinimg.com)

Родители были крайне недовольны активностями дочери — мать ожидала, что Беатрис будет сопровождать ее во время выходов в свет, где можно подобрать приличного жениха. Все эти приемы и благочестивые чаепития с бессмысленными разговорами девушку не интересовали. Вместо этого Беатрис занималась искусством и наукой. О том, чтобы зарабатывать на жизнь трудом, и речи не шло: ее консервативные родители видели только два приемлемых сценария развития событий — замужество или участь старой девы, чьим уделом со временем стала бы забота о матери и отце. Беатрис не то, что бы не хотела выходить замуж, просто совершенно не торопилась и ни в кого толком не влюблялась.

Сказка про кошку Шуру и мышку Нюру читать

Жила-была у бабушки в нижней кухне мышка Нюра. Особенно не своевольничала, продуктов не портила, вот бабушка ее и не трогала. Пущай себе живет.

А наверху в доме жила кошка Шура. Строгая больно, зорко за домом следила, чтоб ни одной мыши не водилось. А в нижнюю кухню никогда не спускалась. Там у бабушки чан с закваской стоял, так вот Шура однажды из него попить собралась, да и свалилась в закваску. Уж больно ее потом бабушка ругала.

Как-то раз сидит Шура у люка в подпол, туда, где как раз нижняя кухонька была и видит картину: идет-бредет себе мышь по кухне, медленно так, по-хозяйски. Подойдет к печке — заглянет, чего там готовится, подойдет к шкафам — все кругом проверит, к закваске в чане подойдет — и туда свой нос сунет.

Рассвирепела кошка Шура, шерсть на ней дыбом встала. Смотрит она глазами, а поделать ничего не может. Уж больно страх в ней глубоко засел. Решила тогда она пойти на хитрость. Раздобыла где-то нитку, к одному ее концу привязала кусочек сыра и в подпол спускает.

Заприметила Нюра сыр, навострила зубки, только схватить его хочет, как сыр — скок, и в сторону. Мышка за ним. А сыр к лесенке — скок-скок-скок. Побежала и мышка следом. Вот уж она почти достала желанное, как сырок вдруг — раз и через люк в дом выскользнул.

Тут мышка догадалась, что неладное это дело. Притаилась меж ступенек и сидит выжидает. Минуты не прошло, как появилась кошка. Но сколько она не выглядывала, сколько не опускала свою мордочку в подпол, так и не смогла понять, отчего добыча ее сорвалась.

Мышиный ум

Тогда-то мышка и смекнула, что боится кошка подпола. И стала ее всячески дразнить. Как заприметит, что Шура сидит на краю люка, тотчас выйдет из своего укрытия и расхаживает взад-вперед по нижней кухне, точно хозяйка. И так зазналась, что совсем позабыла о своем уговоре с бабушкой.

А бабушка, как увидела, что мышь совсем обнаглела, поставила мышеловку в кухне и изловила ее.

Вот вам и весь сказ. Не даром говорят, кувшин гордился пока не разбился.

Личная жизнь

В 1905 году Беатрис тайно обручилась со своим редактором Норманом Уорном. Родители Поттер были против этих отношений, так как считали, что молодой человек – работник в торговле – не подходил по социальному статусу их благородной дочери. Свадьба не состоялась из-за того, что жених умер от анемии через месяц после помолвки.

Имение Беатрис Поттер в Озерном крае

Писательница использовала часть дохода от продажи произведений для покупки имения в Озерном крае, о котором она мечтала вместе с покойным женихом. Беатрис переехала на ферму «Hill Top» и начала изучать методы ведения сельского хозяйства. Для защиты границ собственных владений Поттер обратилась в адвокатскую контору «W. H. Heelis & Son». С помощью Уильяма Хилиса Беатрис приобрела смежные пастбища, а потом еще 20 акров земли и замок, находившийся по соседству.

Управляя фермой, Поттер постоянно обращалась к своему доверенному лицу за советом. В 1912 году адвокат предложил Беатрис руку и сердце. Несмотря на новый протест со стороны родителей, 15 октября 1913 года писательница стала женой юриста Уильяма Хилиса. Пара поселилась в Озерном крае, в доме под названием «Castle Cottage», а «Hill Top» стал литературной мастерской Беатрис.

Беатрис Поттер и ее муж Уильям Хилис

Поттер и ее муж были счастливы в личной жизни. Не имея детей, супруги заботились о многочисленных племянниках Вильяма, помогали в воспитании и образовании подрастающего поколения семьи Хилис. После смерти отца в 1914 году Поттер, унаследовавшая часть его состояния, уговорила мать переехать на ферму, в дом на берегу озера Уиндермир.

Беатрис активно участвовала в сельской жизни Озерного края, она создала попечительский фонд для местных деревень, работала в комитетах, отвечающих за пешеходные дорожки и другие насущные вопросы.

Беатрис Поттер в старости

Писательница ратовала за поддержание первозданной красоты природы, она сотрудничала с «Национальным фондом исторических достопримечательностей», поддерживая усилия по сохранению пастбищ, долин, старинных сооружений. Женщина освоила традиционные английские ремесла, в том числе реставрацию предметов мебели. Все фермы, которые купила Поттер, были восстановлены и поддерживались в надлежащем порядке.

Мышь как объект педагогического воздействия

Какой бы страховидной ни казалась мышь некоторым слабонервным дамам, писатели и даже писательницы её, тем не менее, очень любят. Дело в том, что маленький зверёк — беспомощный, беззащитный и глупый — представляет собой идеальный пункт приложения воспитательных инициатив. Довольно часто мышонок выступает в качестве условного героя, которому «взрослые» персонажи и обстоятельства преподают нравственный урок. В книжках, адресованных, как правило, самым маленьким читателям, мышиный детёныш является условным аналогом «ребёнка вообще» и наделяется специфически «детскими» признаками — неопытностью, безответственностью и неадекватной самооценкой. Пример — герой сказки Софьи Прокофьевой «Невоспитанный мышонок», с которым никто не хотел дружить до тех пор, пока он не научился вежливо здороваться.

Следует заметить, что в подобных ситуациях столь же часто оказываются другие мелкие зверята: зайчики, котята, поросята… Цель автора такой истории — не рассматривать мышиные проблемы, а энергично воспитывать ребёнка-читателя или, чаще, ребёнка-слушателя. Мышонок же является подходящим объектом воспитания лишь по причине своей мелкомасштабности: он полностью зависит от «больших» или «старших», им удобно манипулировать.

Лишь большому писателю под силу превратить условного мыша-малыша в полноценного (пусть даже и вовсе не «положительного») героя. Безусловный шедевр — «Сказка о глупом мышонке» С.Я.Маршака, в которой выведен легко узнаваемый и при этом безукоризненно самобытный персонаж.

Семейное счастье и овечки

Сразу же после переезда у Поттер завязался роман с адвокатом, который оформлял бумаги на покупку ее новой недвижимости. Его звали Уильям Хилис, и он был младше писательницы на 5 лет. Удивительно, но вся родня Хилиса полагала, что в этом мезальянсе «пострадавшей» стороной был именно он: в силу не только возраста, но и яркой, статной наружности (Беатрис была невысокого роста и, в целом, не блистала красотой). Тем не менее, супруги казались очень счастливой парой. Поттер впервые вышла замуж в 47 лет.


Беатрис и Уильям. (www.awesomestories.com)

Вскоре чета переехала в новый дом, Касл Коттедж, к которому прилагался внушительный участок земли. И хотя Беатрис написала еще несколько рассказов, ее главным интересом отныне была ферма и фермерское хозяйство. Она приобрела более 4000 акров земли, которую впоследствии завещала британскому Национальному трасту. Вместе с супругом они занялись разведением овец. Быт Беатрис отныне мало чем отличался от быта зажиточного селянина. Она наконец могла насладиться тихой семейной жизнью. Тем не менее, писательская слава была в разгаре: сотни поклонников пытались лично познакомиться с Беатрис и просто появлялись на пороге без приглашения. Она, тем не менее, предпочла уединение, и непрошенных гостей, как и журналистов, не пускала на порог.
Беатрис Поттер создала не только целый мир волшебных персонажей, но и свой собственный. Для женщины поздней викторианской эпохи это было не только смело, но и практически неосуществимо. Она с презрением относилась к условностям времени и положения и сумела преодолеть консервативную среду собственной семьи. Поттер в чем-то похожа на главного персонажа своих книг, кролика-бунтаря Питера, вечно нарушающего правила и не желающего жить согласно укладу. И ей, равно как и Питеру, это блестяще удавалось. Беатрис прожила довольно долгую жизнь, 77 лет, 30 из которых она провела в счастливом браке Хилисом.

Сказка про кота и мышь

Поймал как-то раз кот мышь. Рот разинул, только съесть собрался. А она ему говорит:

— Не ешь меня, котейка! Глядишь, я тебе пригожусь.
— Да, какой же от тебя прок? — усмехается кот. — Ты вон, какая маленькая. Зашибешь тебя и места мокрого не останется.
— Не ешь меня, — все свое талдычит мышь. — Увидишь, будет и с меня прок.
Подумал кот, «ну ладно, одной мышью сыт не будешь» и отпустил ее с миром.

Вот, время проходит. Обозлился на кота хозяин за то, что тот всю сметану поел и решил его из дому выгнать. Опечалился кот совсем. Думает «пропаду я на улице». Сидит слезы льет. Тут, откуда ни возьмись мышь вылезает:
— О чем котейка плачешь?

Рассказал он ей свою беду. А она ему говорит:
— Не плачь. Ты меня пощадил, вот и я тебе добро сделаю.

Под вечер сидит хозяин чай пьет с баранками, вдруг видит прямо на его глазах мышь по столу пешком идет. Подходит к баранкам, одну берет и грызть начинает.

От такой наглости, хозяин чуть не позеленел.
— Кот! — кричит он. — Ну ка излови мне эту нахалку!
А кот и рад стараться. Пулей подлетел, мышь изловил. И съел. Понарошку. А как хозяин отвернулся, выпустил ее.
И стали с того дня кот и мышь лучшими друзьями.

Книги

Началом литературной биографии Беатрис стали письма, которые она отправляла отпрыскам своей компаньонки Энни Мур. Любимцем будущей писательницы был старший сын гувернантки, Ноэль, часто болевший в детстве. Поттер рассказала ему историю о 4 маленьких кроликах, которых звали Флопси, Мопси, Коттонтейл и Питер, сопровождавшуюся рисунками. Этот рассказ впоследствии стал самым известным письмом, созданным сказочницей.

Беатрис Поттер в молодости

В 1900 году Беатрис превратила рассказ о кроликах в полноценную книгу, придуманную под влиянием произведения Хелен Баннерман «История маленького черного Самбо». Не найдя издателя, она опубликовала историю с иллюстрациями на собственные деньги в 1901 году для семьи и друзей.

Поэт Хардвик Раунсли, часто гостивший в имении Поттеров в Озерном крае, был впечатлен волшебной повестью Беатрис и передал ее лондонскому издательству «Frederick Warne & Co». «Сказка о Кролике Питере» вышла в свет 2 октября 1902 года и сразу стала необыкновенно популярной у маленьких читателей.

Писательница Беатрис Поттер

Дети полюбили красочную историю о непослушном кролике, покинувшем уютную нору и пробравшемся в запретный сад в поисках лекарства от колик. Преодолевая опасности в лице кошки и хозяина угодий, Питер вернулся домой к маме и сестрам и в наказание вместо вкусного ужина получил ромашковый чай.

Беатрис умело использовала своего персонажа в коммерческих целях. После выхода книги появился игрушечный Кролик Питер, настольная игра с его участием, а также обои, одеяла и сервизы с его фотоизображением.

Иллюстрация к книге Беатрис Поттер «Сказка о Кролике Питере»

В 1935 году герой сказки впервые появился в кино: сначала в короткометражном мультфильме «Merrie Melodies», затем в анимационном мюзикле. В 2012-м состоялась премьера детского сериала «Кролик Питер», а в 2018 году на экраны вышел одноименный полнометражный фильм режиссера Уилла Глака.

После успеха первой книги Поттер написала истории о портном из Глостера, бельчонке Тресси и его хвосте, Бенджамине Банни, коротышке Ухти-Тухти и другие. Работая с редактором Норманом Уорном, Беатрис ежегодно выпускала 2-3 маленькие повести для детей, которые неизменно содержали оригинальные рисунки писательницы и художницы.

Беатрис Поттер с кроликом

В зрелые годы Поттер писала книги ради удовольствия. В конце 1920-х годов она опубликовала автобиографическую повесть «Сказочный Караван» и собственную версию истории о Синей Бороде под названием «Сестра Анна».

Последнее произведение писательницы «Wag by Wall» было издано в 1944 году, после ее смерти.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Editor
Editor/ автор статьи

Давно интересуюсь темой. Мне нравится писать о том, в чём разбираюсь.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Море книг
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector